Изобретатели диагнозов

В последние годы репутация фармотрасли оказалась подпорчена. В немалой степени этому способствовала ее роль в развитии опиоидного кризиса в США. Между тем американцы большей частью и понятия не имеют о том, какой именно маркетинговый ход является самым эффективным для продвижения фармпродукции. Этот ход — продажа недугов, пишет Associated Press.

Здоровых не бывает

Существует масса медлитературы, изданной в начале 1990-х, повествующей о маркетинговой практике, известной как «изобретение заболеваний». Фармацевтические компании патологизируют отдельные состояния людей и убеждают врачей, что это заболевания, нуждающиеся в медикаментозном лечении. В ситуации, когда на маркетинг уходят миллиарды долларов, подобная тактика, говорят эксперты, остается незамеченной.

Профессор фармакологии Джордж­таунского университета Эдриан Фью-Берман уверена, что фармкомпании медикализируют жизнь, превращая практически любое распространенное состояние в выдуманное заболевание. В других случаях фарма преувеличивает серьезность или распространенность того или иного повседневного состояния с целью привлечения новых пациентов. По словам профессора, ничего противозаконного в этом нет, поскольку определение новых заболеваний никак не регулируется. Продвигать препарат до его одобрения и выхода на рынок законом запрещено, а подгонять новую болячку под уже зарегистрированное средство — пожалуйста.

Директора Центра медицины при Дартмутском институте политики здравоохранения и клинической практики Лиза Шварц и Стив Волошин объясняют, что проводимые фирмами информационные кампании могут иметь действительно просветительские цели, но чаще всего это замаскированный маркетинг. Зачастую они включают три основных этапа: облегчить доступ к диагностике; обработать потенциальных пациентов таким образом, чтобы они сами захотели пройти обследование; распространить информацию о соотношении пользы и риска при применении препарата. Задача — превратить обычное ежедневное состояние в заболевание. Именно эта тактика была применена в ходе информационных кампаний по таким «заболеваниям», как дефицит тестостерона, биполярное расстройство и синдром беспокойных ног.

Читайте также:  FDA одобряет комбинированный препарат для лечения меланомы от компании Array BioPharma

По словам Лизы Шварц, именно кампания по дефициту тестостерона (low T) является классическим примером изобретения нового заболевания и впаривания препарата для его лечения. Причем препарат рекламировался еще до того, как было определено соотношение выгода/риск. Производитель убеждал пациентов в том, что именно пониженный уровень тестостерона, а не какие-либо другие медицинские состояния или возраст, является причиной ухудшения отдельных показателей у людей старшего возраста.

Вы устали? Вы больны

Фармацевтические компании распространяют печатные или онлайн-опросники, в которых описываются симптомы, которые, по их мнению, соответствуют тому или иному заболеванию.

В случае с low T этот опросник в утрированном виде выглядит примерно так: «Вы среднего возраста и иногда чувствуете усталость, а после обеда вас тянет вздремнуть? Ваша физическая активность снизилась по сравнению с тем, когда вам было чуть за 20? У вас понижен уровень тестостерона. Однако вам повезло: компания Abbott разработала препарат Androgel».

Читайте также:  Квартальный объем продаж Novo Nordisk сократился на 4%

Профессор Фью-Берман припоминает, как она и ее коллеги по исследовательскому проекту PharmedOut (продвижение доказательного назначения медикаментов) приняли участие в одном из онлайн-тестов на псевдобульбарный синдром (ПБС), который проявляется при определенных поражениях головного мозга. Одни из его распространенных проявлений — насильственный смех или плач. В тесте содержались такие вопросы: «Вы иногда смеетесь невпопад?» или «Вы можете ни с того, ни с сего расплакаться?». Сами вопросы предполагают, что человек даже с нормальными эмоциями может быть подвержен ПБС. В результате тест прошла лишь одна женщина — коллега проф. Фью-Берман.

По словам клинического психолога из Университета Рейкьявика Джека Джеймса, естественной для фарм­отрасли практикой является постоянный обман общественности, начиная от имиджевых манипуляций до откровенных подделок в сфере R&D. Даже имея наилучшие намерения, работающие в сотрудничестве с фармкомпаниями исследователи являются объектами влияния со стороны отрасли. «Несмотря на неопровержимые доказательства нанесения значительного ущерба здоровью пациентов, многолетние попытки не допустить этого разбиваются о конфликты интересов», — заключает эксперт.

Женская доля

Исполнительный директор Нацио­нальной организации женского здоровья (NWHN) Сидни Пирсон уверена, что многие женщины принимают совсем не нужные им препараты, а врачи, в свою очередь, скрывают от них правду о назначенных медикаментах. И хотя на удочку нечистоплотных торговцев диагнозами мужчины тоже попадаются, основной упор делается на женщин, поскольку зачастую именно они стоят на охране здоровья членов семьи и следят за новыми веяниями.

Читайте также:  AstraZeneca урегулировала два иска в Техасе

По словам г-жи Пирсон, NWHN скептически относится к новым заболеваниям. Она призывает не верить массированным рекламным кампаниям новых препаратов и в придуманные болячки на основе обычных состояний. «Я убеждена, что люди, продвигающие ненужные препараты, аморальны. Их личный успех измеряется доходами от продаж», — говорит Сидни Пирсон.

Эдриан Фью-Берман приводит в качестве примера гастроэзофагеальную рефлюксную болезнь (ГЭРБ), в простонародье называемую изжогой. Врачи советуют пациентам меньше есть, меньше употреблять алкогольные напитки, не ложиться спать на полный желудок и принимать, например, Tums в случае необходимости. Однако проблема заключается в том, что при возникновения изжоги пациенты почему-то вспоминают только про лекарство. По словам эксперта, легко убедить людей принимать антациды длительное время, поскольку в случае прекращения приема ГЭРБ вернется и человек сам побежит в аптеку. При этом полезные советы по изменению образа жизни почему-то сразу забываются.

Продолжение — в следующем номере «ФВ».